Раздел 1. Теоретические основы лингвистической экспертизы нормативных правовых актов

Лингвистическая экспертиза НПА представляет собой специализированное исследование текста нормативного правового акта, направленное на установление его смыслового содержания, выявление неоднозначности, внутренних противоречий и иных лингвистических характеристик, значимых для правоприменения. В контексте уголовного судопроизводства данная экспертиза приобретает особую значимость, поскольку от точности понимания текста закона или подзаконного акта зависит правильная квалификация деяния и обеспечение принципа законности. В Москве лингвистическая экспертиза НПА всё чаще привлекается для разрешения спорных вопросов толкования, возникающих при расследовании дел о должностных и коррупционных преступлениях, где содержание нормативного акта определяет границы должностных полномочий или наличие запретов.

Судебная лингвистическая экспертиза как род экспертиз подразделяется на несколько видов в зависимости от объекта и задач исследования. Применительно к НПА, эксперт-лингвист решает задачи по установлению значения отдельных терминов и выражений, определению того, содержит ли нормативный акт предписание, запрет или дозволение, а также выявлению того, как соотносятся между собой различные положения акта. В отличие от экспертизы продуктов речевой деятельности физических лиц (например, высказываний, переписки), экспертиза НПА требует от специалиста глубоких знаний в области юридической техники и законодательного стиля. Однако лингвистическая экспертиза НПА не подменяет собой юридическую оценку акта, а лишь предоставляет суду и следствию объективные данные о его языковом содержании.

Правовой статус лингвистической экспертизы в уголовном процессе определяется нормами УПК РФ, регулирующими назначение и производство судебных экспертиз. Согласно действующему регулированию, судебная лингвистическая и психолого-лингвистическая экспертизы по уголовным делам о преступлениях террористической и экстремистской направленности отнесены к исключительной компетенции государственных судебно-экспертных организаций . Для иных категорий дел, включая те, где требуется исследование НПА, производство экспертизы может быть поручено как государственным, так и негосударственным экспертным учреждениям, в том числе входящим в состав Союза «Федерация судебных экспертов». Приглашаем вас воспользоваться возможностями нашего Союза для проведения качественного и независимого исследования.

В структуре уголовного дела лингвистическая экспертиза НПА чаще всего назначается в ситуациях, когда обвинение или защита ссылаются на определённое положение нормативного акта, и возникает спор о том, как именно следует понимать содержащиеся в нём слова и формулировки. Например, при обвинении в превышении должностных полномочий ключевым может стать вопрос о том, входит ли совершённое действие в круг обязанностей лица согласно соответствующему регламенту или инструкции. Эксперт-лингвист, анализируя текст НПА, может установить, является ли соответствующая норма императивной или диспозитивной, содержит ли она чёткий запрет или лишь рекомендацию. Таким образом, лингвистическая экспертиза НПА выступает инструментом обеспечения единообразного понимания правовых текстов, что напрямую влияет на законность и обоснованность процессуальных решений.

Раздел 2. Виды уголовных дел, по которым применяется лингвистическая экспертиза (общая характеристика)

Перечень категорий уголовных дел, по которым может назначаться лингвистическая экспертиза, достаточно широк и определяется необходимостью установления смысла речевых произведений — как устных, так и письменных. В их числе особое место занимают дела о вымогательстве и взяточничестве, где вербальное поведение фиксирует факт требования или предложения. Судебно-экспертный центр Следственного комитета РФ прямо указывает, что фоноскопические и лингвистические экспертизы назначаются по делам о коррупции (получение или дача взятки), мошенничестве, вымогательстве, угрозе убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, клевете, оскорблении представителя власти, экстремизме и ряду других составов .

В контексте лингвистической экспертизы НПА перечень дел приобретает дополнительную специфику. Если «классическая» лингвистическая экспертиза направлена на анализ высказываний обвиняемого или потерпевшего, то экспертиза НПА применяется тогда, когда необходимо установить содержание правовой нормы, на которую ссылаются стороны. Например, по делам о незаконном предпринимательстве может потребоваться установление того, подпадает ли осуществляемая деятельность под определение, содержащееся в нормативном акте. По делам о нарушении правил безопасности движения и эксплуатации транспорта экспертиза НПА может помочь установить, какие именно обязанности возлагались на лицо соответствующими правилами и инструкциями. В Москве лингвистическая экспертиза НПА нередко назначается по делам о должностных преступлениях, где требуется разграничить полномочия и компетенцию органов власти.

К числу составов, по которым лингвистическая экспертиза (в широком смысле) применяется наиболее часто, относятся:
• Вымогательство (ст. 163 УК РФ) — установление наличия требования, сопряжённого с угрозой.
• Взяточничество (ст. 290, 291, 291.1 УК РФ) — установление предмета разговора, предназначения денежных средств, роли участников.
• Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119 УК РФ) — установление реальности и адресности угрозы.
• Клевета (ст. 128.1 УК РФ) — установление формы выражения негативной информации (утверждение о фактах или оценочное суждение).
• Оскорбление (ст. 319, 336 УК РФ, ст. 5.61 КоАП РФ) — установление наличия унизительной оценки и неприличной формы.
• Экстремизм (ст. 280, 282 УК РФ) — установление признаков побуждения к вражде, унижения достоинства по групповому признаку.
• Мошенничество (ст. 159 УК РФ) — установление содержания переписки и устных договорённостей.
• Преступления против половой неприкосновенности (ст. 132, 135 УК РФ) — установление тем и содержания переписки.
• Доведение до самоубийства (ст. 110 УК РФ) — установление характера коммуникации.
• Преступления против правосудия (ст. 302, 305, 306, 307 УК РФ) — установление содержания показаний и доносов.

Для каждого из перечисленных составов лингвистическая экспертиза НПА может играть вспомогательную роль, когда для квалификации требуется установить, соответствуют ли действия лица требованиям конкретного нормативного акта. Однако и в «традиционных» лингвистических экспертизах (по высказываниям) выводы эксперта нередко опираются на понимание контекста, задаваемого нормативными актами. Приглашаем клиентов обращаться в наш Союз «Федерация судебных экспертов» для проведения исследований любой сложности.

Раздел 3. Лингвистическая экспертиза по делам о вымогательстве

Вымогательство (ст. 163 УК РФ) традиционно относится к числу составов, где лингвистическая экспертиза востребована наиболее часто. Объектом исследования выступают устные высказывания (зафиксированные на аудионосителях), письменные тексты (записки, сообщения, переписка), а также материалы разговоров, полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий. Перед экспертом-лингвистом ставятся вопросы о том, содержится ли в высказывании требование, сопровождается ли оно угрозой, какова адресность требования и угрозы, а также как соотносятся между собой требование и угроза (является ли угроза средством принуждения к выполнению требования) .

Лингвистическая экспертиза НПА в делах о вымогательстве применяется в тех случаях, когда стороны ссылаются на законность или незаконность своих действий со ссылкой на конкретные нормы. Например, если обвиняемый утверждает, что его действия носили характер законного требования (взыскание долга, осуществление права), а не вымогательства, может потребоваться исследование текста договора, регламента или иного нормативного акта, определяющего порядок истребования имущества. Эксперт-лингвист устанавливает, содержит ли соответствующий акт дозволение на совершение действий, вменяемых обвиняемому, и в какой форме (императивной, рекомендательной) оно выражено. В Москве подобные исследования проводятся по делам, связанным с корпоративными спорами и взысканием задолженности, где грань между гражданско-правовым требованием и уголовно наказуемым вымогательством определяется содержанием нормативных документов.

Типовые вопросы, разрешаемые при производстве лингвистической экспертизы по делам о вымогательстве, включают:
• Содержится ли в представленном тексте (высказывании) требование, направленное конкретному лицу?
• Если требование содержится, то каков его предмет (передача денег, имущества, совершение действий)?
• Сопровождается ли требование угрозой, и если да, то какова её форма и содержание?
• Имеются ли в тексте признаки того, что требование и угроза связаны между собой как средство и цель?
• Является ли высказывание формой реализации права, предусмотренного нормативным актом (например, требованием кредитора)?

Кейс 1. По уголовному делу о вымогательстве в отношении гражданина К. следствие располагало аудиозаписью разговора, в ходе которого К. требовал от потерпевшего передать ему денежные средства, ссылаясь на «долг» и угрожая распространением сведений, порочащих потерпевшего. Защита настаивала на том, что К. действовал в рамках гражданско-правовых отношений и его требования были обусловлены неисполнением договора займа. Для проверки этой версии была назначена лингвистическая экспертиза, объектом которой стали не только аудиозапись, но и текст договора займа, а также переписка сторон. Эксперт-лингвист, анализируя аудиозапись, установил, что высказывания К. содержат прямое требование передачи денег, адресованное потерпевшему, при этом формулировки носят характер угрозы (распространение сведений). Исследование текста договора показало, что договор не предусматривает права кредитора на применение подобных мер воздействия; более того, срок возврата займа, указанный в договоре, на момент разговора ещё не наступил. Сопоставление лингвистических данных с содержанием НПА позволило сделать вывод о том, что требование К. не основано на договоре и выходит за пределы гражданско-правовых отношений. Суд признал выводы эксперта убедительными и квалифицировал действия К. по ст. 163 УК РФ. В данном кейсе лингвистическая экспертиза НПА (в части анализа договора) сыграла ключевую роль в опровержении версии защиты о гражданско-правовом характере требований. Приглашаем заинтересованных лиц обращаться в наш Союз для проведения аналогичных исследований.

Раздел 4. Лингвистическая экспертиза по делам о взяточничестве и иных коррупционных преступлениях

Дела о взяточничестве (ст. 290, 291, 291.1, 291.2 УК РФ) и иных коррупционных составах (ст. 204, 204.1, 204.2 УК РФ) относятся к категории, где лингвистическая экспертиза применяется для установления содержания разговоров и переписки, фиксирующих факты передачи или получения незаконного вознаграждения. Судебно-экспертный центр СК РФ прямо относит коррупционные преступления к числу тех, по которым назначаются лингвистические экспертизы . Перед экспертом ставятся вопросы о том, идёт ли в разговоре речь о передаче денежных средств или иных ценностей, каково предназначение этих средств, кто является инициатором темы, какова роль каждого из участников (проситель или лицо, обладающее властными полномочиями) .

Лингвистическая экспертиза НПА в делах о взяточничестве применяется тогда, когда необходимо установить круг должностных обязанностей лица, за совершение или несовершение которых была передана взятка. Если обвиняемый утверждает, что не обладал соответствующими полномочиями или что его действия не входили в служебную компетенцию, экспертиза НПА (должностного регламента, инструкции, приказа) позволяет установить, возлагал ли нормативный акт на данное лицо соответствующие обязанности. Таким образом, лингвистическая экспертиза НПА выступает средством проверки того, является ли лицо субъектом должностного преступления и могло ли оно совершить действия, за которые allegedly была получена взятка. В Москве подобные экспертизы проводятся по делам в отношении сотрудников государственных органов и органов местного самоуправления, где объём должностных полномочий закреплён в многочисленных регламентах и инструкциях.

Типовые вопросы, разрешаемые при производстве лингвистической экспертизы по делам о взяточничестве:
• Идёт ли в представленном разговоре (переписке) речь о передаче денежных средств или иных ценностей?
• Каково речевое обозначение предназначения этих средств (взятка, благодарность, долг, оплата услуги)?
• Кто является инициатором обсуждения темы передачи средств?
• Какова коммуникативная роль каждого участника (требование, просьба, предложение, согласие)?
• Содержатся ли в разговоре указания на связь передачи средств с действиями (бездействием) должностного лица по службе?

Кейс 2. В ходе расследования уголовного дела по обвинению должностного лица М. в получении взятки (ст. 290 УК РФ) защита заявила, что переданные денежные средства являлись не взяткой, а возвратом долга, поскольку между сторонами существовали длительные дружеские отношения и имела место финансовая задолженность. Следствие назначило лингвистическую экспертизу аудиозаписей разговоров, а также экспертизу НПА — должностного регламента М. Эксперт-лингвист установил, что в разговорах М. и взяткодателя тема денег обсуждалась в контексте конкретных действий М. по службе (ускорение процедуры согласования, содействие в принятии решения). Речевые формулировки («я посмотрю», «я решу вопрос», «от тебя зависит») указывали на обусловленность передачи средств действиями должностного лица. Одновременно исследование должностного регламента показало, что соответствующие действия входили в компетенцию М. и он обладал полномочиями по их совершению. Сопоставление лингвистических данных с содержанием НПА позволило опровергнуть версию о «долге»: в разговорах отсутствовали речевые маркеры долговых обязательств (сроки возврата, суммы долга, ссылки на прошлые займы). Суд квалифицировал действия М. по ст. 290 УК РФ. Лингвистическая экспертиза НПА в данном деле позволила связать речевое поведение обвиняемого с его должностными полномочиями, закреплёнными в нормативном акте. Наш Союз «Федерация судебных экспертов» готов оказать содействие в проведении подобных комплексных исследований.

Раздел 5. Лингвистическая экспертиза по делам об угрозах убийством и иных угрозах

Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119 УК РФ), а также угрозы в адрес представителей власти и участников судопроизводства (ст. 296, 297, 319 УК РФ) являются распространённой категорией дел, по которым назначается лингвистическая экспертиза. Судебно-экспертный центр СК РФ указывает на назначение лингвистических экспертиз по делам об угрозе убийством или причинением тяжкого вреда здоровью . Перед экспертом ставятся вопросы о наличии в высказывании значения угрозы, её адресности, реальности и форме выражения . Эксперт-лингвист не решает вопрос о том, воспринималась ли угроза потерпевшим как реальная (это вопрос факта, разрешаемый судом), но устанавливает, содержит ли текст (высказывание) лингвистические признаки угрозы.

Лингвистическая экспертиза НПА в делах об угрозах применяется в ситуациях, когда обвиняемый ссылается на то, что его высказывания были обусловлены исполнением нормативных предписаний или должностных обязанностей. Например, если сотрудник правоохранительного органа в ходе задержания произнёс фразу, которая расценена как угроза, может потребоваться исследование нормативного акта, регламентирующего порядок применения силы и специальных средств, чтобы установить, действовал ли сотрудник в пределах предоставленных полномочий. Однако чаще лингвистическая экспертиза НПА по делам об угрозах встречается в контексте анализа должностных инструкций и регламентов, определяющих правомерность тех или иных требований, сопровождавшихся угрозами. В Москве подобные вопросы нередко возникают при рассмотрении дел о превышении полномочий (ст. 286 УК РФ), где угроза выступает способом принуждения к выполнению незаконных требований.

Типовые вопросы, разрешаемые при производстве лингвистической экспертизы по делам об угрозах:
• Содержится ли в представленном высказывании (тексте) значение угрозы совершения каких-либо действий?
• Если угроза содержится, то каков её характер (угроза убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением имущества)?
• Кому адресована угроза (конкретному лицу, группе лиц)?
• Имеются ли в высказывании указания на реальность исполнения угрозы или она носит характер оценочного суждения?
• Обусловлено ли высказывание исполнением должностных обязанностей или иными правомерными действиями?

Кейс 3. По уголовному делу в отношении сотрудника частного охранного предприятия С., обвинявшегося по ст. 119 УК РФ, потерпевший утверждал, что С. в ходе конфликта высказал в его адрес фразу: «Я тебя закопаю, и никто не найдёт». Защита настаивала на том, что высказывание носило характер эмоциональной реакции и не воспринималось как реальная угроза. Следствие назначило лингвистическую экспертизу, перед которой были поставлены вопросы о наличии признаков угрозы и её адресности. Эксперт-лингвист установил, что фраза содержит прямое указание на лишение жизни («закопаю») и адресована конкретному лицу («тебя»). Формулировка «никто не найдёт» усиливает значение угрозы, указывая на сокрытие следов. При этом эксперт отметил, что высказывание не содержит маркеров шутки, иронии или условности. Дополнительно была проведена лингвистическая экспертиза НПА — должностной инструкции охранника, согласно которой С. не имел полномочий на применение каких-либо мер физического или психического воздействия за пределами предусмотренных законом ситуаций. Сопоставление данных экспертиз показало, что высказывание С. не было связано с исполнением служебных обязанностей и представляло собой самостоятельное преступное деяние. Суд признал С. виновным. В данном деле лингвистическая экспертиза НПА подтвердила отсутствие у обвиняемого нормативных оснований для высказывания угроз. Приглашаем клиентов в наш Союз для проведения подобных исследований.

Раздел 6. Лингвистическая экспертиза по делам о клевете и защите чести и достоинства

Клевета (ст. 128.1 УК РФ), а также дела о защите чести, достоинства и деловой репутации (ст. 152 ГК РФ) традиционно относятся к числу тех, где лингвистическая экспертиза является ключевым видом доказательства. Судебно-экспертный центр СК РФ указывает на назначение лингвистических экспертиз по делам о клевете . Перед экспертом ставятся вопросы о том, содержится ли в тексте негативная информация о конкретном лице, в какой форме она выражена (утверждение о фактах, оценочное суждение, предположение, вопрос), а также является ли информация порочащей . Разграничение утверждения о фактах (которое может быть проверено на соответствие действительности и, следовательно, являться предметом доказывания по делу о клевете) и оценочного суждения (которое не может быть проверено и не образует состава клеветы) составляет центральную задачу эксперта-лингвиста.

Лингвистическая экспертиза НПА в делах о клевете применяется в случаях, когда распространённые сведения касаются деятельности организации или должностного лица и их соответствие действительности проверяется через призму нормативных актов. Например, если распространено утверждение о том, что руководитель организации нарушил определённый регламент или закон, для установления того, содержит ли утверждение признаки клеветы (заведомой ложности), может потребоваться исследование соответствующего НПА с целью определения того, являлось ли вменяемое нарушение реальным (то есть содержал ли НПА соответствующее требование). Однако чаще лингвистическая экспертиза НПА по делам о клевете встречается в контексте анализа того, является ли распространённая информация утверждением о факте, который может быть соотнесён с нормативными предписаниями. В Москве подобные дела нередко связаны с публикациями в СМИ и сети Интернет, где объектом критики становятся действия органов власти.

Типовые вопросы, разрешаемые при производстве лингвистической экспертизы по делам о клевете:
• Содержится ли в тексте негативная информация о конкретном лице (организации)?
• В какой форме выражена негативная информация: утверждение о фактах, оценочное суждение, предположение, вопрос?
• Является ли информация утверждением о фактах, которое может быть проверено на соответствие действительности?
• Какие именно факты утверждаются и поддаются ли они верификации?
• Имеются ли в тексте указания на источник информации и как это влияет на форму её выражения?

Кейс 4. Гражданка Л. обратилась в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности по ст. 128.1 УК РФ гражданина П., который в социальной сети разместил публикацию, утверждая, что Л., являясь главным бухгалтером организации, «систематически фальсифицирует отчётность и уклоняется от уплаты налогов». Защита П. настаивала на том, что его высказывания являются оценочным суждением, выражающим его личное мнение о деятельности Л. Следствие назначило лингвистическую экспертизу, а также экспертизу НПА — налогового законодательства и нормативных актов, регулирующих бухгалтерский учёт. Эксперт-лингвист установил, что утверждения П. сформулированы как утверждения о фактах: использованы глаголы в изъявительном наклонении, указание на систематичность («систематически»), конкретные обвинения в противоправных действиях. Эксперт отметил, что данные утверждения не содержат маркеров субъективной оценки («я считаю», «по моему мнению») и, следовательно, могут быть проверены на соответствие действительности. Лингвистическая экспертиза НПА показала, что налоговое законодательство содержит требования к отчётности, которые могут быть нарушены, и, таким образом, утверждения П. относятся к сфере проверяемых фактов. Суд признал П. виновным в клевете. В данном кейсе лингвистическая экспертиза НПА (в части анализа налогового законодательства) позволила подтвердить, что распространённые сведения относятся к категории проверяемых фактов, а не мнений. Наш Союз «Федерация судебных экспертов» предлагает услуги по проведению таких экспертиз.

Раздел 7. Лингвистическая экспертиза по делам об оскорблении

Оскорбление (ст. 319 УК РФ — оскорбление представителя власти, ст. 336 УК РФ — оскорбление военнослужащего, ст. 5.61 КоАП РФ) предполагает унижение чести и достоинства лица, выраженное в неприличной форме. Лингвистическая экспертиза по делам об оскорблении направлена на установление наличия унизительной оценки и её формы (является ли она неприличной) . Судебно-экспертный центр СК РФ указывает на назначение лингвистических экспертиз по делам об оскорблении представителя власти или участников судебного разбирательства . Эксперт-лингвист не решает вопрос о том, является ли высказывание оскорбительным в правовом смысле (это компетенция суда), но устанавливает лингвистические признаки: наличие негативной оценки, адресность, использование обсценной или иной неприличной лексики.

Лингвистическая экспертиза НПА в делах об оскорблении применяется в ситуациях, когда обвиняемый ссылается на то, что его высказывание было ответной реакцией на неправомерные действия представителя власти или было обусловлено исполнением последним своих обязанностей. В этом случае может потребоваться исследование нормативного акта, регламентирующего поведение представителя власти, с целью установления того, действовал ли он в пределах своих полномочий. Если представитель власти превысил полномочия, это может влиять на квалификацию ответных действий. Таким образом, лингвистическая экспертиза НПА выступает инструментом проверки контекста, в котором было произнесено оскорбительное высказывание. В Москве подобные вопросы возникают при рассмотрении дел о массовых беспорядках и неповиновении представителям власти, где словесные оскорбления сопровождают физические действия.

Типовые вопросы, разрешаемые при производстве лингвистической экспертизы по делам об оскорблении:
• Содержится ли в высказывании негативная оценка конкретного лица?
• Если негативная оценка содержится, то выражена ли она в неприличной форме (с использованием обсценной лексики, оскорбительных сравнений)?
• Является ли высказывание адресованным конкретному лицу (представителю власти, военнослужащему)?
• Имеются ли в высказывании признаки унижения чести и достоинства?

Кейс 5. Гражданин Р. обвинялся по ст. 319 УК РФ за оскорбление сотрудника полиции. В ходе судебного разбирательства защита заявила, что высказывания Р. были реакцией на неправомерное, по его мнению, поведение сотрудника, который, как утверждал Р., не представился и не объяснил причину задержания. Следствие назначило лингвистическую экспертизу высказываний Р., а также экспертизу НПА — Федерального закона «О полиции» и должностной инструкции сотрудника. Эксперт-лингвист установил, что высказывания Р. содержат обсценную лексику, адресованную сотруднику, и негативную оценку его личности. Одновременно исследование НПА показало, что сотрудник полиции, согласно закону, обязан представиться и объяснить причину обращения. Однако, как установил эксперт-лингвист, высказывания Р. не были обусловлены проверкой законности действий сотрудника — они носили характер самостоятельного оскорбления, не связанного с требованием разъяснений. Сопоставление данных экспертиз позволило суду сделать вывод о том, что даже при наличии возможных нарушений со стороны сотрудника (что не было доказано), высказывания Р. выходят за пределы допустимой критики и образуют состав оскорбления. Лингвистическая экспертиза НПА в данном деле не оправдала обвиняемого, но позволила суду оценить контекст. Приглашаем заинтересованных лиц в наш Союз для проведения подобных исследований.

Раздел 8. Лингвистическая экспертиза по делам об экстремизме и терроризме

Дела об экстремизме (ст. 280, 282, 282.1, 282.2 УК РФ) и терроризме (ст. 205, 205.1, 205.2 УК РФ) относятся к категории, где лингвистическая экспертиза является обязательным или часто назначаемым видом исследования. Судебно-экспертный центр СК РФ указывает на назначение лингвистических экспертиз по делам об экстремизме, разжигании межнациональной и религиозной вражды . Согласно распоряжению Правительства РФ, судебная лингвистическая и психолого-лингвистическая экспертизы по уголовным делам о преступлениях террористической и экстремистской направленности проводятся исключительно государственными судебно-экспертными организациями . Это означает, что по данной категории дел негосударственные экспертные учреждения, включая наш Союз, не вправе проводить судебную экспертизу в рамках уголовного процесса, однако могут оказывать консультационные услуги и проводить несудебные исследования.

Лингвистическая экспертиза НПА в делах об экстремизме применяется в ситуациях, когда обвиняемый оспаривает отнесение его высказываний к экстремистским материалам, ссылаясь на то, что они являются частью религиозных или политических текстов, либо когда требуется установить, соответствует ли содержание распространённого текста положениям нормативных актов, регулирующих порядок признания материалов экстремистскими. Однако в силу указанного ограничения, судебная лингвистическая экспертиза по данной категории дел проводится государственными учреждениями. Наш Союз может предложить проведение независимого исследования в форме заключения специалиста, которое может быть использовано стороной защиты для обоснования своей позиции, но не заменяет собой судебную экспертизу.

Типовые вопросы, разрешаемые при производстве лингвистической экспертизы по делам об экстремизме:
• Содержатся ли в тексте лингвистические признаки побуждения к действиям против какой-либо группы лиц, выделенной по национальному, религиозному или иному признаку?
• Имеются ли в тексте признаки пропаганды исключительности или неполноценности человека по групповому признаку?
• Содержатся ли в тексте признаки оправдания идеологии насилия?
• Имеются ли в тексте высказывания, унижающие достоинство группы лиц по признаку расы, национальности, религии?
• Является ли текст частью религиозного или политического контекста, и как это влияет на его смысл?

Кейс 6. По уголовному делу об экстремизме (ст. 282 УК РФ) в отношении гражданина Т., разместившего в сети Интернет текст, следствие назначило психолого-лингвистическую экспертизу, производство которой было поручено государственному экспертному учреждению. Защита Т. обратилась в наш Союз с просьбой провести независимое исследование того же текста. Специалисты нашего Союза проанализировали текст и пришли к выводу, что он содержит критические высказывания в адрес определённой социальной группы, однако эти высказывания выражены в форме оценочных суждений и не содержат прямых призывов к насилию или дискриминации. Специалисты также отметили, что текст является частью более широкой публицистической статьи, в которой автор критикует социальные явления, а не призывает к вражде. Заключение специалистов было представлено защитой в суде в качестве альтернативного мнения. Суд, оценив оба заключения, признал выводы государственной экспертизы более убедительными, однако учёл заключение нашего Союза при назначении наказания. В данном деле лингвистическая экспертиза НПА (в части анализа законодательства об экстремизме) не проводилась нашим Союзом в силу ограничения, но независимое исследование текста позволило защите представить свою позицию. Напоминаем, что по делам об экстремизме и терроризме судебная экспертиза проводится исключительно государственными учреждениями. Приглашаем клиентов для консультаций.

Раздел 9. Лингвистическая экспертиза по делам о мошенничестве и иным хищениям

Мошенничество (ст. 159, 159.1–159.6 УК РФ) и иные формы хищений, совершаемых путём обмана или злоупотребления доверием, нередко требуют лингвистического исследования текстов переписки, договоров, устных заверений, с помощью которых потерпевший был введён в заблуждение. Судебно-экспертный центр СК РФ указывает на назначение лингвистических экспертиз по делам о мошенничестве . Перед экспертом ставятся вопросы о содержании обещаний и заверений, о том, соответствуют ли они действительности (в части, доступной лингвистическому анализу), а также о том, имели ли место искажение информации или умолчание о существенных обстоятельствах.

Лингвистическая экспертиза НПА в делах о мошенничестве применяется в случаях, когда обвиняемый ссылается на то, что его действия были основаны на законе или договоре, а потерпевший неправильно понял их содержание. Например, при мошенничестве в сфере предпринимательской деятельности может потребоваться исследование нормативного акта, регулирующего соответствующую сферу, чтобы установить, содержал ли он дозволение на те действия, которые совершил обвиняемый, или, напротив, запрещал их. Эксперт-лингвист, анализируя текст НПА, может установить, является ли соответствующая норма императивной или диспозитивной, содержит ли она чёткий запрет или лишь рекомендацию. Таким образом, лингвистическая экспертиза НПА позволяет разграничить законное предпринимательство и мошенничество, что особенно актуально для дел, связанных с привлечением инвестиций и заключением договоров. В Москве подобные экспертизы проводятся по делам о крупных мошенничествах в финансовой сфере.

Типовые вопросы, разрешаемые при производстве лингвистической экспертизы по делам о мошенничестве:
• Содержатся ли в представленных текстах (переписке, договорах) заверения об обстоятельствах, которые впоследствии оказались ложными?
• Какова форма выражения этих заверений (утверждение, обещание, гарантия)?
• Имеются ли в текстах признаки искажения информации или умолчания о существенных обстоятельствах?
• Содержит ли договор или нормативный акт условия, на которые ссылался обвиняемый, и в какой форме они выражены?

Кейс 7. По уголовному делу о мошенничестве (ст. 159 УК РФ) в отношении гражданина Ш., который получил от потерпевшей значительную сумму под предлогом инвестирования в строительство, защита настаивала на том, что Ш. действовал в рамках гражданско-правового договора и его обещания были лишь предположениями о будущей доходности, а не ложными заверениями. Следствие назначило лингвистическую экспертизу переписки сторон, а также экспертизу НПА — договора и применимых строительных норм. Эксперт-лингвист установил, что в переписке Ш. использовал формулировки, содержащие категорические утверждения («гарантирую», «деньги будут вложены в объект с разрешением на строительство», «доходность составит не менее 20%»). Данные утверждения были представлены как факты, а не как предположения. Лингвистическая экспертиза НПА показала, что разрешение на строительство, на которое ссылался Ш., отсутствовало, а строительные нормы не допускали возведения объекта в указанном месте. Сопоставление данных экспертиз позволило суду сделать вывод о том, что Ш. заведомо вводил потерпевшую в заблуждение относительно существенных обстоятельств. Суд признал Ш. виновным. В данном кейсе лингвистическая экспертиза НПА (в части анализа разрешительной документации) подтвердила ложность заверений обвиняемого. Наш Союз «Федерация судебных экспертов» готов оказать содействие в проведении подобных исследований.

Раздел 10. Лингвистическая экспертиза по делам о преступлениях против правосудия и должностных преступлениях

Преступления против правосудия (ст. 302, 305, 306, 307, 309 УК РФ) и должностные преступления (ст. 285, 286, 292, 293 УК РФ) образуют категорию дел, где лингвистическая экспертиза применяется для установления содержания показаний, доносов, заключений и иных документов, а также для анализа высказываний, связанных с исполнением должностных обязанностей. Судебно-экспертный центр СК РФ относит к числу дел, по которым назначаются лингвистические экспертизы, дела о клевете в отношении участников судебного разбирательства, а также иные составы, связанные с воспрепятствованием правосудию . Лингвистическая экспертиза НПА в данной категории дел приобретает особое значение, поскольку позволяет установить, соответствуют ли действия (бездействие) должностного лица требованиям нормативных актов, регламентирующих его деятельность.

Например, по делу о превышении должностных полномочий (ст. 286 УК РФ) ключевым может стать вопрос о том, входило ли совершённое действие в круг обязанностей лица согласно должностному регламенту. Эксперт-лингвист, анализируя текст НПА, устанавливает, содержит ли регламент соответствующее полномочие, является ли оно императивным или дискреционным, какие пределы усмотрения предусмотрены. По делу о служебном подлоге (ст. 292 УК РФ) может потребоваться установление того, соответствует ли внесённая в документ запись содержанию нормативного акта, на который ссылается обвиняемый. Таким образом, лингвистическая экспертиза НПА выступает средством проверки того, действовало ли должностное лицо в рамках закона или вышло за его пределы. В Москве подобные экспертизы проводятся по делам в отношении сотрудников правоохранительных органов, где объём полномочий закреплён в ведомственных приказах и инструкциях.

Типовые вопросы, разрешаемые при производстве лингвистической экспертизы по делам о должностных преступлениях:
• Содержит ли должностной регламент (инструкция, приказ) положение, наделяющее лицо соответствующей обязанностью (полномочием)?
• Является ли соответствующее положение императивным (обязывающим) или диспозитивным (предоставляющим право)?
• Каковы пределы усмотрения должностного лица согласно тексту нормативного акта?
• Соответствует ли содержание документа (заключения, протокола) требованиям, установленным нормативным актом?
• Имеются ли в тексте НПА неоднозначности, позволяющие двоякое толкование, и как это влияет на оценку действий лица?

Кейс 8. По уголовному делу о превышении должностных полномочий (ст. 286 УК РФ) в отношении руководителя территориального органа власти В. следствие установило, что В. подписал распоряжение о выделении земельного участка в обход установленной процедуры. Защита настаивала на том, что В. действовал в пределах предоставленных полномочий, поскольку регламент позволял ему принимать решения о выделении участков в «исключительных случаях». Следствие назначило лингвистическую экспертизу НПА — земельного законодательства, регламента органа власти и должностной инструкции В. Эксперт-лингвист установил, что регламент действительно содержал положение об «исключительных случаях», однако данное положение не содержало критериев исключительности и не отменяло обязательных процедур согласования, предусмотренных земельным законодательством. Анализ текста показал, что «исключительный случай» предполагает наличие чрезвычайных обстоятельств, которые в данном деле отсутствовали. Кроме того, эксперт отметил, что должностная инструкция В. обязывала его соблюдать процедуры согласования. Суд признал В. виновным. В данном деле лингвистическая экспертиза НПА позволила установить, что ссылка защиты на «исключительный случай» несостоятельна, поскольку текст нормативного акта не допускал произвольного толкования. Приглашаем клиентов в наш Союз для проведения подобных экспертиз.

Раздел 11. Лингвистическая экспертиза по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и иным категориям

Преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности (ст. 131, 132, 133, 134, 135 УК РФ) также относятся к категории дел, где лингвистическая экспертиза может применяться для установления содержания переписки, устных высказываний и иных речевых произведений. Судебно-экспертный центр СК РФ указывает на назначение лингвистических экспертиз по делам о преступлениях против половой неприкосновенности . Перед экспертом ставятся вопросы о темах переписки, о характере коммуникации, о наличии признаков побуждения к действиям сексуального характера, о добровольности или принудительности . Лингвистическая экспертиза НПА в данной категории дел встречается реже, однако может применяться в ситуациях, когда обвиняемый ссылается на возрастные или иные ограничения, установленные нормативными актами (например, при разграничении составов ст. 134 и 135 УК РФ).

К иным категориям дел, где лингвистическая экспертиза применяется, относятся дела о нарушении правил безопасности движения и эксплуатации транспорта (ст. 263 УК РФ), о незаконном предпринимательстве (ст. 171 УК РФ), о незаконном обороте наркотиков (ст. 228 УК РФ) — в части установления содержания переписки и договорённостей . Лингвистическая экспертиза НПА в этих делах позволяет установить, соответствуют ли действия лица требованиям нормативных актов, регулирующих соответствующую сферу. Например, по делу о нарушении правил безопасности движения может потребоваться исследование текста должностной инструкции водителя или регламента технического обслуживания. По делу о незаконном предпринимательстве — исследование нормативного акта, определяющего порядок лицензирования.

Типовые вопросы, разрешаемые при производстве лингвистической экспертизы по делам о преступлениях против половой неприкосновенности:
• Какова основная тема переписки между коммуникантами?
• Содержатся ли в переписке предложения или требования сексуального характера?
• Имеются ли в тексте признаки побуждения к действиям сексуального характера?
• Какова коммуникативная роль каждого участника (инициатор, соглашающийся, возражающий)?

Кейс 9. По уголовному делу о преступлении против половой неприкосновенности (ст. 135 УК РФ) в отношении гражданина Д., обвинявшегося в совершении развратных действий в отношении несовершеннолетней, защита настаивала на том, что переписка носила невинный характер, а потерпевшая сама инициировала общение на определённые темы. Следствие назначило лингвистическую экспертизу переписки. Эксперт-лингвист установил, что в переписке Д. неоднократно инициировал темы сексуального характера, задавал вопросы интимного содержания, предлагал встречи с определёнными намерениями. Несмотря на то, что потерпевшая отвечала на сообщения, экспертный анализ показал, что её ответы носили характер уклончивых или сдержанных, в то время как Д. настойчиво развивал тему. Эксперт также отметил, что Д. использовал формулировки, направленные на снижение критичности восприятия («это нормально», «все так делают»). Суд признал Д. виновным. Лингвистическая экспертиза НПА в данном деле не проводилась, однако экспертиза переписки позволила установить активную роль обвиняемого в поддержании темы. Наш Союз «Федерация судебных экспертов» готов оказать содействие в проведении подобных исследований.

Раздел 12. Практические аспекты назначения лингвистической экспертизы НПА и взаимодействие с Союзом «Федерация судебных экспертов»

Назначение лингвистической экспертизы НПА требует от следователя или суда чёткой постановки вопросов, которые должны быть в пределах компетенции эксперта-лингвиста и не требовать правовой оценки. Как отмечалось, эксперт-лингвист не вправе делать выводы о наличии оскорбления, клеветы, экстремизма или иных правовых признаков — это компетенция правоприменителя . Вопросы должны быть направлены на установление смысла текста, его формальных характеристик и языковых особенностей. В Москве и других городах России эксперты Союза «Федерация судебных экспертов» обладают опытом проведения лингвистических экспертиз НПА и готовы оказать содействие в формулировании вопросов и проведении исследования.

При выборе экспертного учреждения для проведения лингвистической экспертизы НПА необходимо учитывать, что по делам об экстремизме и терроризме судебная экспертиза может проводиться только государственными организациями . По иным категориям дел, включая вымогательство, взяточничество, угрозы, клевету, оскорбление, мошенничество и должностные преступления, производство экспертизы может быть поручено негосударственным экспертным учреждениям. Союз «Федерация судебных экспертов» объединяет квалифицированных специалистов в области лингвистики и предлагает проведение исследований на высоком профессиональном уровне. Приглашаем клиентов обращаться к нам для получения консультаций и назначения экспертизы.

Кейс 10. В ходе рассмотрения уголовного дела о вымогательстве в отношении гражданина Е. защита обратилась в Союз «Федерация судебных экспертов» с просьбой провести лингвистическую экспертизу аудиозаписи разговора, которая, по версии следствия, содержала требования и угрозы. Следствие отказалось назначить экспертизу в негосударственном учреждении, ссылаясь на ведомственные предпочтения, однако защита представила заключение специалистов нашего Союза в суд. Эксперт-лингвист Союза установил, что в разговоре Е. использовал формулировки, которые могут быть истолкованы двояко: как требование, так и как просьбу, при этом интонационный контекст (паузы, повышение тона) не позволяет однозначно утверждать наличие угрозы. Кроме того, эксперт отметил, что в разговоре отсутствовали прямые указания на последствия невыполнения требования. Суд, сопоставив заключение государственной экспертизы и заключение нашего Союза, назначил дополнительную экспертизу, которая подтвердила выводы специалистов Союза о неоднозначности высказываний. В результате действия Е. были переквалифицированы на менее тяжкий состав. Данный кейс демонстрирует важность независимой экспертизы для обеспечения состязательности сторон. Напоминаем, что лингвистическая экспертиза НПА может быть назначена как по инициативе следствия, так и по ходатайству защиты. Приглашаем клиентов в наш Союз для получения квалифицированной помощи.

Заключительные положения

Лингвистическая экспертиза НПА представляет собой важный инструмент установления смысла нормативных текстов, применяемый в широком спектре уголовных дел — от вымогательства и взяточничества до должностных преступлений и мошенничества. В отличие от «классической» лингвистической экспертизы высказываний, экспертиза НПА требует от специалиста познаний в области юридической техники и законодательного стиля. Перечень уголовных дел, по которым применима данная экспертиза, включает вымогательство (ст. 163 УК РФ), взяточничество (ст. 290, 291 УК РФ), угрозы убийством (ст. 119 УК РФ), клевету (ст. 128.1 УК РФ), оскорбление (ст. 319 УК РФ), экстремизм (ст. 280, 282 УК РФ — с ограничениями по экспертным учреждениям), мошенничество (ст. 159 УК РФ), должностные преступления (ст. 285, 286 УК РФ) и ряд иных составов. В каждом из этих дел экспертиза НПА может играть вспомогательную или ключевую роль в зависимости от обстоятельств.

Союз «Федерация судебных экспертов» приглашает клиентов для проведения лингвистических экспертиз НПА и иных лингвистических исследований. Наши специалисты обладают необходимой квалификацией и опытом, а также готовы оказать содействие в формулировании вопросов и подготовке материалов для экспертизы. По делам, где судебная экспертиза может проводиться только государственными учреждениями, наш Союз предлагает консультационные услуги и независимые исследования в форме заключения специалиста. Лингвистическая экспертиза НПА в Москве и других регионах России проводится с соблюдением всех процессуальных требований и в установленные сроки.

Лингвистическая экспертиза:  https://sud-expertiza.ru/lingvisticheskaya-ekspertiza-ot-a-do-ya/